-0.38%
47.19
-0.73%
75.8453
-0.01%
91.5491
-0.01%
1.2070
+0.03%
1818.55

Долги ликвидирующейся на Кипре O1 Group Минца достигли почти $2 млрд

26 августа, 06:20
134
Долги O1 Group, некогда головной компании в бизнесе Бориса Минца, достигли почти $2 млрд, следует из документов о ее ликвидации. Но юристы банка «Траст», который судится с семьей Минца, считают, что часть этих долгов «сомнительна»
Борис Минц
Борис Минц
(Фото: Владимир Гердо / ТАСС)
Требования кредиторов к O1 Group Limited Бориса Минца, которая ликвидируется на Кипре, составляют почти $2 млрд. Детали процедуры стали известны из материалов ликвидатора компании — старшего директора CRI Group Криса Иаковидеса. Он их предоставил в ответ на запрос РБК: это три отчета о ликвидации, а также его переписка с юристами кредиторов.
Компания O1 Group проводит добровольную ликвидацию под контролем кредиторов, но принадлежащий ЦБ банк непрофильных активов «Траст», который в Великобритании подал против Минца иск о предполагаемом мошенничестве, считает, что крупнейшие кредиторы аффилированы с семьей бизнесмена и за счет этого процедура ликвидации находится под контролем. Ликвидатора компании — Иаковидеса — «Траст» обвиняет в «лояльности» владельцу O1 Group. По мнению кипрских юристов «Траста», связанные с Минцем фирмы предъявили многомиллионные требования к O1 Group, что защитить компанию от «подлинных» кредиторов: «Траста» (долг перед ним составляет $90 млн, следует из показателей O1 на 2019 год, представленных в материалах), Промсвязьбанка (более 6 млрд руб. в долларах и евро) и компании Rokiana Сергея Гордеева (около 3,7 млрд руб).
Иаковидес в комментарии РБК отверг обвинения в том, что он действует в чьих-то интересах. По его словам, за 34 года работы он ни разу не был отстранен от управления банкротным процессом. Представитель семьи Бориса Минца заявил РБК, что семье неизвестны детали ликвидации компании, так как она проводится под контролем ликвидатора.
На момент ликвидации установить оценочную стоимость активов О1 Group не удалось: по балансовой стоимости вложения в дочерние компании оценивались в $828 млн, а права требования O1 — в $985 млн. На счете в банке у компании было только €64 тыс.
Как был устроен бизнес O1
O1 Group Limited в прошлом была головной компанией группы Минца, она владела акциями O1 Properties (среди ее активов — офисы класса А в Москве, комплекс «Белая площадь» и другая элитная недвижимость) и финансовой группой «Будущее» (основной актив — негосударственный пенсионный фонд «Будущее»). С активами компании пришлось расстаться из-за долга перед Московским кредитным банком (МКБ), по которому были заложены акции O1 Properties и «Будущего». После того как O1 не смогла расплатиться по кредиту, МКБ передал долги группы Минца своему акционеру Роману Авдееву, а тот, в свою очередь, кипрской Riverstretch (ее бенефициар — Павел Ващенко, бывший топ-менеджер «Региона»), которая и взыскала заложенные акции O1 Properties и НПФ. Теперь «Будущее» принадлежит группе компаний «Регион», а O1 Properties осталась у Riverstretch.
Еще в 2017 году семья Бориса Минца участвовала в спорных сделках с облигациями дочерней структуры O1 — «O1 Груп Финанс» на $850 млн, которые были приобретены «Открытием» и Рост-банком (впоследствии объединен с «Трастом) до их санации. Оба банка были санированы ЦБ, а их новое руководство занялось расследованием операций. По его мнению, бумаги О1 были выпущены на нерыночных условиях. Семья Бориса Минца уехала из России в 2018 году, позднее против Бориса Минца и его старших сыновей Дмитрия и Александра было возбуждено уголовное дело. Спор (между Минцами с одной стороны и «Открытием» и «Трастом» — с другой) рассматривается в Высоком суде Лондона.
Кому должна O1 Group
Читайте на РБК Pro
Семь худших типов удаленных сотрудников: как с ними работать
Создатель Dyson: порой надо найти абсолютно глупый способ решить проблему
Кнут и морковка: почему время контрольно-палочного менеджмента прошло
Трудовое право во время пандемии: FAQ от работодателей
Головная O1 Group добровольно ликвидируется на Кипре с 2019 года: в данном случае речь идет о ликвидации под контролем кредиторов — Creditors Voluntary Winding Up. О ликвидации стало известно из материалов процесса в Лондоне, однако последние данные о размере долга O1 Group ранее не раскрывались.
Представитель семьи Бориса Минца не ответил на вопрос РБК о том, чем объясняется необходимость ликвидации компании. «Поскольку семья Минца не играет никакой роли в процессе ликвидации, они не обладают интересующей вас информацией и не могут комментировать остальные вопросы», — сказал он.
Как следует из показателей O1 Group на 2019 год, долги компании составляют $1,91 млрд. Среди ее кредиторов — кипрские Agdalia ($360 млн), Centimilia ($10 млн), Milanissa ($17,7 млн), Ratado Holding ($11,7 млн), Delahassie ($21,6 млн) и другие компании. Еще $6,3 млн компания должна Борису Минцу, $49,2 млн — Промсвязьбанку, $188,7 млн — Sberbank Investments Limited (кипрская «дочка» Сбербанка; его представитель сообщил РБК, что сейчас Sberbank Investments Limited уже не является кредитором О1Group и требований к компании не имеет), $1,193 млрд — «О1 Груп Финанс» (компания группы, выпускавшая облигации) и $42 млн — российской компании «Финстандарт», также финансировавшей бизнес семьи Бориса Минца. На основе судебных решений Промсвязьбанк требует с О1 дополнительные $32 млн, банк «Траст» — $90,8 млн, «Менеджмент консалтинг» — $3,8 млн.
Бенефициары части кипрских кредиторов О1 не раскрываются. По мнению юристов Rokiana Holdings (их письма приводятся в материалах), которая входит в периметр бизнеса владельца группы ПИК Сергея Гордеева, «все или почти все» кредиторы O1 либо подконтрольны семье Минца, либо принадлежат ей. Крупнейший же кредитор группы — «О1 Груп Финанс» — является ее «дочкой».
Требования Rokiana Гордеева к О1 на 3,75 млрд руб. Иаковидес отказался включить в реестр кредиторов. По мнению Rokiana, О1 Group должна расплатиться по долгу связанной с ней кипрской Katalama за нарушение ряда договоренностей, требование об оплате было направлено в адрес О1 в декабре 2019 года, следует из материалов ликвидатора, опубликованных на сайте АСВ (.pdf). Как писал ранее РБК, Katalama в 2017 году взяла у компании Гордеева 2,8 млрд руб., а при финансировании использовались средства НПФ «Будущее». Однако ликвидатор посчитал, что у Rokiana не возникло права требования долга с О1. Представитель Гордеева отказался от комментариев.
Какие претензии у кредиторов к ликвидатору
Кандидатура ликвидатора компании Криса Иаковидеса была утверждена кредиторами. Кипрская CRI Group, где он работает старшим директором, специализируется на банкротствах.
Ряд кредиторов недовольны его деятельностью, считая, что он действует в интересах семьи Минца. Так, юристы Michael Vorkas (представляют «Траст») в феврале 2020 года писали, что текущий ликвидатор препятствует «независимому расследованию вывода активов группы за пределы досягаемости кредиторов». По их мнению, все предполагаемые активы O1 Group представляют собой права требования к дочерним компаниям, вероятность взыскания которых «равна нулю». «Траст» также обвинил ликвидатора в том, что он тратит средства O1 на суды с кредиторами, а не на взыскание долгов.
Против ликвидатора выступали и юристы из адвокатского бюро Soteris Pittas, представляющие интересы Rokiana Гордеева, чьи требования к О1 не были включены в реестр кредиторов. В письме к нему в ноябре 2019 года они называют его «лояльным» семье Бориса Минца. «Вы сочли подтвержденными все сомнительные требования, представленные вам семьей Минца и связанными с ними компаниями, и одновременно отказали всем независимым и настоящим кредиторам O1 Group», — говорится в письме. Контролируя большинство кредиторов O1 Group, «семья Минца с помощью «лояльного ликвидатора» предотвращает возможность расследования правонарушений в O1 Group», отмечается в письме юристов Rokiana.
Представитель Промсвязьбанка сообщил РБК, что банк уведомил ликвидатора о наличии требований к O1 Group на сумму порядка 7 млрд руб. «Банк не обладает достоверными сведениями о том, в чьих интересах действует ликвидатор», — добавил он. «Траст» отказался от комментариев.
В свою очередь, Иаковидес в одном из отчетов о ликвидации компании (за период с ноября 2019 года по январь 2020-го) заявлял, что против него действуют «враждебные юристы — представили «Траста» и Rokiana Holdings. По мнению Иаковидеса, они постоянно выдвигают против него «безосновательные и злонамеренные» претензии, из-за чего ликвидатору приходится разбираться с «валом корреспонденции». Отвечая на конкретные претензии, Иаковидес указывал, что полностью их отвергает и продолжит работу как независимый ликвидатор.
Ликвидатор O1 Group сообщил РБК, что «продолжит принимать меры для обеспечения прозрачности» в процессе ликвидации вне зависимости от того, «продолжат ли определенные кредиторы свои злонамеренные действия» и «попытки поставить под сомнение его независимость». Он также рассказал, что в июне 2020 года кредиторы проголосовали за перевод процедуры ликвидации под надзор суда, для того чтобы «развеять опасения» «Траста». Семья Минца категорически отрицает любые обвинения в том, что ликвидаторы O1 Group каким-либо образом действуют в интересах семьи или других так называемых связанных лиц, сказал ее представитель.
Что выявило расследование ликвидатора
Иаковидес проводит свое расследование сделок O1, говорится в отчете за период с февраля по апрель 2020 года. «Я детально исследовал переводы со счетов компании и считаю, что некоторые платежи не должны быть подтверждены», — написал юрист. Он также указал, что бывшие директора не смогли предоставить достаточно информации о недостаче активов группы в период между декабрем 2016 года и датой подачи заявления о ее ликвидации в 2019 году. Иаковидес сообщил, что обнаружил выплату дивидендов компанией в пользу акционеров в размере $23,9 млн в 2017 году. Ему также удалось договориться об урегулировании долга одной из кипрских компаний перед O1 Group на $2,2 млн.
С точки зрения других юрисдикций кипрское законодательство может вызывать вопросы у сторон, но далеко не всегда его затяжные процедуры и неторопливое принятие решений связано с чей-то мотивацией, отметил старший партнер коллегии адвокатов Pen & Paper Валерий Зинченко. «Часто непонятные и не принимаемые, например, россиянами процедурные вещи на поверку связаны лишь с общей неспешностью судов и наличием в процессе действительно независимых фигур», — сказал РБК юрист. По словам Зинченко, ему неизвестны случаи, когда отстранение ликвидатора было бы «возможно без серьезнейших оснований».
Наверх