+0.19%
43.09
+0.00%
70.8703
-0.02%
80.7744
-0.02%
1.1398
-0.13%
1810.55

Даниил Цыганков Колесо запретов: как не превратить «регуляторную гильотину» в профанацию

24 декабря 2019
203
Чиновники неизбежно будут завышать выгоды от регулирования, а бизнес — зеркально преувеличивать издержки. Поэтому реформаторам нужно договориться о системе измерения последствий от отмены или сохранения действующих норм
Фото: Дмитрий Астахов / ТАСС
У входа в Дом правительства России уже семь лет стоит памятник Петру Столыпину. Среди многочисленных реформ, связанных с его именем, лишь немногие специалисты вспоминают о запуске прототипа современной системы оценки нормотворчества — Совете по делам местного хозяйства (1909–1911). Предложенная российским премьером Дмитрием Медведевым «регуляторная гильотина» по задумке — реформа, вполне сопоставимая по масштабу со столыпинскими. Отрезать все лишнее собираются с 2021 года, то есть все необходимые решения предстоит принять в наступающем году.
Трудности роста
Но 2019 год прошел скорее по лекалам другого российского премьера — Сергея Витте, всегда ставившего на вышколенную бюрократию и цензовую общественность, а не на широкие коалиции. Минимум открытых обсуждений, зато много совещаний в госорганах и подведомственных аналитических центрах. Лишь к концу ноября прошли установочные заседания рабочих групп, и только перед новогодними праздниками в правительстве начались регулярные заседания «подкомиссии по гильотине» при правительственной комиссии по административной реформе. При этом критерии формирования состава рабочих групп и выбора их ответственных секретарей понятны кураторам реформы, но вряд ли общественности. Сайт «гильотины» до сентября 2019-го находился в полусонном состоянии, посты на соответствующей ФБ-странице собирают от силы несколько десятков лайков. Современных соцмедиа в поддержку реформы так и не запустили; скажем, в российском Telegram-сегменте о реформе пишут независимые каналы — «Зеленый змий», «Комиссия по регуляторике» или «Майский указ».
Исходный триггер реформы — слабый экономический рост: до заявленных президентским указом 3% ВВП хронически не хватает 1,5–2%. Кажется, что международный опыт дерегулирования поможет уменьшить эту дельту. Создание департамента регуляторной политики в правительственном аппарате для координации реформы тоже бьется с мировым опытом «умного регулирования».
Что в этом понимании мешает экономическому росту? Нагрузка в части сборов, отчислений, а также неформальных обременений на бизнес не падает, а фактически растет. Не снижается объем регуляторных требований в традиционных областях: техническое регулирование, промышленная безопасность, транспортная безопасность, санитарно-эпидемиологический надзор. Требования в сфере банковского надзора действуют асимметрично в отношении малых и средних предприятий, для которых блокировка счета зачастую означает банкротство бизнеса. Департамент оценки регулирующего воздействия Минэкономразвития практически утратил возможность противостоять созданию отраслевыми регуляторами все новых барьеров, неналоговых сборов и требований. Финансово-экономические обоснования последствий введения нормативно-правовых актов (НПА) для общества и бизнеса, несмотря на наличие соответствующих требований в регламенте правительства, реально не проводятся, оцениваются только расходы бюджета (при этом не учитываются расходы в виде труда госслужащих).
Наверх