+1.06%
78.05
-0.12%
72.7358
-0.29%
85.2391
-0.17%
1.1719
+0.44%
1750.40

ЕП: французы проиграли русским, даже не начав войну

10 июля, 14:50
117
Шампанское Moët
За последние годы Россия уже приучила к тому, что она существует совсем в другой реальности, чем остальной мир, и что в этой «альтернативной реальности» черное выглядит белым. Несмотря на это Москве снова удалось всех шокировать. Новостью последних дней стало вступление в силу российского закона, по которому «шампанским» можно называть исключительно ту продукцию, которая изготовлена на территории РФ.
Более того, российский закон позволяет называть шампанским даже сомнительную продукцию, полученную методом ускоренной шампанизации (пресловутая советская технология), однако накладывает запрет применять такое название для классической продукции из французской Шампани.
На практике это означает, что французский импортер имеет право сохранить надпись Champagne лишь на главной этикетке, но на технической — должен описать свою продукцию как игристое вино. Само по себе это требование не является уникальным (шампанское и является игристым вином, произведенным во французской провинции Шампань), если бы не одно но — согласно новому закону, российская продукция может позиционировать себя как шампанское на обеих этикетках.
Алогичность этого закона такова, что его содержание не берется защищать даже пресс-секретарь Путина Дмитрий Песков: в ответ на вопрос о том, не является ли такая норма абсурдом, он лишь заявил, что «закон принят и его надо выполнять».
Как отреагировали на это во Франции? Официальный Париж пока молчит, а возмущение можно услышать только от производителей.
Впрочем, есть те, кто согласился «проиграть войну с русскими», даже не начиная ее. Французской компании Louis Vuitton Moët Hennessy (LVMH), которая производит продукцию ТМ Moet & Chandon, Dom Perignon, Veuve Сlicquot и другие, оказалось достаточно двух неполных дней задержки поставок продукции, чтобы согласиться на все условия России. Компания пообещала изменить технические этикетки бутылок, направляющихся в РФ, назвав на них свое шампанское «игристым» вином. Словом, «бабло победило добро». Не удивительно, что на этом фоне разрослась «измена»… Но не торопитесь.
Речь идет лишь об одном из производителей шампанского, к тому же специфическом. LVMH работает в сегменте Luxury и из-за этого — особенно зависима от стран, таких как России, часто с высоким уровнем коррупции и не очень демократичных. А учитывая, что защита географических наименований является делом государства, то существует высокий шанс, что главные скандалы еще впереди.
Тем более, что об обеспокоенности российским законом уже заявили в Еврокомиссии. «Мы, конечно же, знаем о новом российском законопроекте относительно алкогольных и винных напитков, и он окажет влияние на экспорт вина. Мы будем делать все необходимое, чтобы проявить наше несогласие и обеспокоенность этим законом», — заявила на ежедневном брифинге в Брюсселе представитель ЕК.
Шансы на то, что конфликт неразрешимый, дополнительно усугубляет то, что Россия не собирается ограничиваться только шампанским. Аналогичная норма уже принята в отношении коньяка, и возможно, что этим дело не ограничится.
Очень вероятно, что Москва сознательно стремится к скандалу. Подобная стратегия является привычной для РФ не только в международной торговле, но и в целом в международных отношениях: играть «на повышение ставок», усиливать напряжение, а затем — предлагать западным странам путь к примирению через «взаимовыгодные уступки». Поэтому, зная болезненность вопроса географических наименований для Франции, в Москве могли умышленно пойти по пути усиления конфликта.
Например, чтобы потом попробовать договориться о праве обеих стран использовать названия и «шампанское» и «коньяк» — и не только на российском рынке. Или выторговать другие бонусы. А если договориться не получится и конфликт перейдет в долговременную фазу — его всегда можно продать электорату как твердость и неуступчивость власти перед давлением Запада. Для Кремля такая тактика представляется беспроигрышной. Однако является ли она таковой в долгосрочной перспективе?
Чтобы найти ответ на этот вопрос, стоит, прежде всего, ответить на другой вопрос — а были ли правы те страны, в том числе и Украина, которые пошли на уступки Франции и отказались от использования защищенных названий?
Это звучит странно, но новый российский закон, несмотря на абсурдность, формально не нарушает международного права. Если Украину или Молдавию ограничивает Соглашение об ассоциации с ЕС, где подобные моменты прописаны достаточно четко, то в случае с российскими «выходками» Франция может апеллировать только к многостороннему соглашению ВТО по защите интеллектуальной собственности (TRIPS).
А в части собственного права «бодяжить псевдошампанское» россиян точно ничто не ограничивает, именно из-за того, что их отношения с ЕС значительно хуже, чем, скажем, наши. Так, Украина и Молдавия обязались внедрить европейские требования относительно географических наименований в Соглашении об ассоциации. И если Кишинев согласился с этим изначально, начав отказ от названий вроде «шампанское» и «коньяк» еще до подписания соглашения, то Киев на переговорах относительно содержания СА долго боролся за их сохранение до последнего (и даже сумел сохранить право на «кагор»), но по другим названиям пришлось согласиться.
Последней на уступки Евросоюзу пошла Армения, в рамках Расширенного соглашения о партнерстве с ЕС. В обмен Ереван «выторговал» себе компенсации — месяц назад стороны одобрили финансовую договоренность, по которой Армения получит финансовую помощь в размере три миллиона евро в обмен на свой постепенный отказ от использования слова «коньяк» для своей продукции.
Эти примеры показательны. Не имея Соглашения об ассоциации, Украина на внутреннем рынке и дальше могла бы продавать «шампусик» своего производства. А вот у России подобных соглашений с ЕС нет — потому и делала она это до сих пор.
Нынешний произвол российских властей формально также не запрещен. В условиях вступления России в ВТО нет прямых указаний на запрет таких действий РФ (потому что никто не мог представить, что Кремль запретит называть французскую продукцию шампанским или коньяком!). Поэтому возможность обжалования российского закона не совсем очевидна — и, наверное, поэтому ни от производителей, ни от Евросоюза пока не звучит ссылок на ВТО.
Но, несмотря на это международное право построено таким образом, что в долгосрочной перспективе «поведение гопника» оказывается путем к проигрышу.
Так, сейчас украинские виноделы еще ищут совместный брендинг для своей алкогольной продукции, и не всегда эти поиски являются успешными. В частности, и Украина, и Молдавия до сих пор не создали специальных брендов для наименования местных игристых вин. Попытка выбрать новое название для украинских коньяков, проведенная два года назад, завершилась тем, что большинство проголосовало за «Украинский бренди», не поддержав оригинальные названия вроде «бурштиняк» или «дубовик». Является ли выбранное название удачным — вопрос открытый, но переходить на него производители не спешат.
В Молдавии название «коньяк» заменили на «дивин» (divin). И если это слово еще можно услышать от фанатов молдавского алкоголя, то такие названия как «можжевельник», «прометеу» и «пастораль» (которые Молдавия внедряет вместо «хереса», «портвейна» и «кагора») являются совершенно неизвестными, а значит, переименование не стало успешным.
Однако в этой истории Украина и Молдавия имеют другую выгоду.
Согласившись работать по европейским нормам, страны получили право на защиту собственных географических наименований на рынке Евросоюза. И постепенно начинают пользоваться этим правом.
Зато РФ после принятия «закона о шампанском» такую возможность для себя отрезала.
Отсутствие гарантий защиты национальных брендов делает невозможным инвестирование в их создание и продвижение на экспортных рынках. А соответственно препятствует созданию продукции, которая претендует на нечто большее, чем паразитирование на известных названиях.
Россия опять выбрала «альтернативный путь», в отличие от тех стран, которые ищут для своей продукции четкое позиционирование в мире.
В конце концов, показательное пренебрежение принципами мировой торговли может быть выгодным, тем более, если ты — экономика, не претендующая ни на что другое, как сырьевой экспорт. Но в то же время, выходя за пределы принципов мировой торговли, Россия закрывает для себя еще одну возможность стать чем-то большим, чем экспортером энергоносителей.
Этот тезис России еще придется изучить. И не только в связи с законом о шампанском.
Наверх