+0.02%
87.74
+1.00%
77.4485
+0.02%
87.8576
+0.02%
1.1344
+0.20%
1835.90

ЕП: Украина поможет Западу соскочить с «газовой иглы» России

8 декабря 2021
97
Оборудование для производства водорода на заводе в Германии
Евросоюз планирует радикально сократить потребление природного газа, а в далекой перспективе — вообще отказаться от его импорта. Такова стратегическая цель, зафиксированная в документах ЕС, поэтому Брюссель будет, по крайней мере, к ней стремиться — и это означает, что российский газ со временем должны заменить другие виды топлива, которые не создают выброса парниковых газов в атмосферу.
Прежде всего речь идет о водороде. Он является самым экологическим топливом, но пока остается достаточно дорогим. Поэтому ЕС резервирует многомиллиардные средства на разработку и внедрение водородных технологий.
Отказ от газа нанесет ущерб России — но не спешите радоваться.
Это также означает, что украинская газотранспортная система может остаться пустой независимо от того, будет ли запущен «Северный поток — 2». Да и РФ не сидит без дела — как выяснилось, из Москвы в ЕС уже поступило предложение альтернативного использования «северных потоков».
Об этом все — в разговоре «Европейской правды» с Алексеем Рябчиным, советником председателя правления НАК «Нафтогаз Украины» по вопросам развития низкоуглеродистых бизнесов.
Зачем Украине водород?
Первопричиной является проблема изменения климата. Сейчас все человечество пытается найти выход, как сделать так, чтобы к 2050 году средняя температура выросла не более чем на полтора градуса от доиндустриального уровня.
Подчеркну, что речь идет не просто о глобальном потеплении, а именно об изменении климата, которое создает температурный экстремум: в то время как лето становится более жарким, а зимы могут становиться холоднее. Изменения климата влияют на все сферы жизни, в том числе на сельское хозяйство, что мы и чувствуем на Украине: воды из-за жаркой погоды становится все меньше. Хотя определенные регионы, наоборот, будут страдать от наводнений и подтоплений.
Климатический повестка дня — это отказ от природного газа, нефти, нефтепродуктов и угля, в том числе в пользу водорода. Но для нас водород важен не только в контексте изменения климата, но и в контексте заработка.
Для Евросоюза климатическая политика — это приоритет. Сюда направляется бюджетное субсидирование, огромное количество денег налогоплательщиков идет на зеленое развитие. Сюда также направляются огромные инвестиции.
На вопрос о том, являются ли украинские водородные объекты «бизнесом на Европе», отвечу: «Да, это бизнес». Мы можем удовлетворить от трех до десяти процентов всего спроса Европы, а это огромные средства.
Разноцветный водород
«Традиционный» водород, который сейчас используют для производства аммиака и всего остального, называют «серым водородом». Его производят так: из метана (CH₄) забирают водород, а углекислый газ (СО₂) выбрасывают в атмосферу. Этот водород Европа будет замещать в первую очередь. Все борются с углекислым газом, который является парниковым газом — для этого весь мир отказывается от сжигания угля, нефти или газа.
«Серый водород» можно превратить в «голубой». Для этого углекислый газ необходимо не выбрасывать в атмосферу, а захоронить — например, закачать под землю в отработанные скважины или подземные хранилища газа. Для Украины это также бизнес: у нас можно захоронить углекислый газ, полученный в индустриальных процессах в ЕС. Технология пока несовершенна, но она скоро появится.
И, наконец, «зеленый водород». Он самый дорогой. Делается из воды: молекула воды под действием электрического тока расщепляется на водород и кислород. Затем, когда водород потребляется, сжигается, вступает в реакцию с кислородом из воздуха, то снова образуется вода. То есть осуществляется круговорот воды в природе. Но есть важная деталь: чтобы водород имел статус зеленого, надо использовать электроэнергию, полученную от солнца или от ветра. Представляете, сколько это стоит! К тому же ЕС, скорее всего, будет считать зеленым и субсидировать только тот водород, который создан из новых, еще не введенных в эксплуатацию солнечных и ветровых источников, потому что те станции, которые уже построены, нужны для декарбонизации электроэнергетики. А вот новые источники можно будет использовать для производства водорода.
Но существует еще одна разновидность — «розовый водород», или атомный. Мы можем брать воду и электроэнергию из наших атомных станций.
В Европе еще не определились, какой они хотят водород, который будет финансироваться из денег ЕС. Понятно, что финальный водород — это только «зеленый», именно за него «топит» Германия, но до него еще надо дойти. Технологии здесь дорогостоящие.
Есть страны, у которых есть газ — Нидерланды, Великобритания, Норвегия (хотя последние не входят в ЕС, но они там имеют влияние). Они хотят, чтобы бюджет ЕС финансировал также «голубой водород». Но тут появляется Франция и говорит: «У вас нет атомных станций, а у меня есть. Поэтому, пожалуйста, брюссельские бюрократы, запишите, что этот водород может и не зеленый, но низкоуглеродистый». И действительно, несмотря на то, что атомная энергетика вредна для окружающей среды, для климата она не губительна. Поэтому Франция ситуативно лоббирует то, что интересно и Украине, потому что у нас атомная генерация также является сильной.
Водород в трубах вместо российского газа?
Если водород производится, то сразу поднимается вопрос его поставок в ЕС. Водород можно также доставлять речным транспортом, водородовозами (такие специальные танкеры-газовозы), либо в связанном виде — внутри других соединений, например, аммиака или толуола, такие технологии уже существуют.
Украине дает преимущество также газопроводная система, но есть вопрос, насколько возможно и когда возможно пустить туда водород вместо природного газа. У нас уже сейчас есть свободные трубы для этого.
В нитке магистрального газопровода идет четыре трубы. И, скажем так, две из них используются, а две пустые. Однако просто пустить водород в существующую трубу нельзя. Поэтому надо строить новые или переделать существующие трубы, компрессоры, всю систему.
Впрочем, имеется альтернативный вариант — так называемый «блендинг», то есть смесь водорода и метана. По нему ЕС еще определяется. Газ, в который добавлено два процента водорода, можно передавать существующими трубопроводами, но заплатят нам за эти два процента или не заплатят — мы не знаем. Сейчас проводятся исследования, можем ли мы нашими водородопроводами передавать четыре, пять, десять процентов, хотя это очень сложно, надо будет менять всю инфраструктуру. Но я хочу подчеркнуть: говорить об этом надо уже сейчас. Европа уже инвестирует в водородную инфраструктуру трубы, компрессоры, счетчики, запорную арматуру. Нам также нужно попасть в эти программы.
Еще один бизнес «Нафтогаза» — это хранилища. Потребление и производство водорода является сезонным, его надо где-то хранить и потом закачивать потребителям. Поэтому продолжаются исследования, можно ли хранить водород в подземных газохранилищах и каким образом.
«Зеленая сталь» для электромобилей
На водороде можно зарабатывать, не только поставляя его в Европу. Внутреннее потребление может стать более выгодным. Самая простая идея — производить «зеленый аммиак» и поставлять его в Европу или по Дунаю. Это уже добавленная стоимость.
Но еще интереснее — производство «зеленой стали», спрос на которую в Европе бешеный.
Здесь необходимо понять логику действий условного немецкого бюргера, понять происхождение «зеленого тренда» в ЕС. Он формируется под влиянием будущих и нерожденных поколений. Дети уже сейчас говорят родителям: «Вы же сейчас забрали все природные ресурсы. А нам как жить?», «Вы строите атомное хранилище, а за них будем платить мы» и тому подобное.
Это давление новых поколений меняет спрос и уже влияет на политическую картину в Европе — посмотрите на Германию, где Партия зеленых заняла третье место и сейчас будет одним из коалиционных партнеров.
Итак, этот немецкий бюргер хочет покупать экологический электромобиль от Mercedes или BMW или Volkswagen. И чтобы автомобиль был действительно экологическим, то и металл, из которого он производится, должен быть «зеленым», то есть произведенным без «углеродного следа». То есть, чтобы вместо газа при производстве этой стали использовался водород. Да, это дороже, но спрос — бешеный!
А теперь вернемся к нашим атомным станциям. Они могут помогать нам производить «зеленый металл» и мы будем транспортировать в ЕС не водород, а этот «зеленый металл». И в дополнение — уменьшим собственное потребление газа, которого нам не хватает.
И это еще не все перспективы внутреннего потребления. Имеются технологии опреснения морской воды и производства водорода из Черного или Азовского морей, которые мы изучаем. И, возможно, будет смысл переводить систему теплоснабжения приморских городов на водород. Это уже делает Европа, уже есть котлы на сто процентов водородные.
Украина не откажется от газа
На Климатической конференции в Глазго Украина также взяла на себя обязательства по сокращению выбросов парниковых газов. Но в этом смысле есть большое различие между Украиной и ЕС. Нам легче, у нас есть что сокращать. Одними лишь программами энергоэффективности мы можем достичь всех климатических целей к 2030 году. Мы, в отличие от ЕС и США, не достигли «последней мили», когда каждый процент сокращения требует изощренных технологических решений.
А Европе нужен водород. Но я подчеркну: не надо делать из водорода «гиперлуп» (пневматический поезд, который перемещается по надземному трубопроводу — Прим. перев.). Да, водород — это будущее, это важно, это будет когда-то. Но сейчас у нас есть насущные проблемы — угольные шахты, нехватка газа.
И не надо считать, что «Нафтогаз» теперь занимается только водородом, биометаном, зеленой энергетикой. Нет, девяносто девять процентов персонала компании заняты тем, чтобы увеличить газодобычу, обеспечить транзит, диверсификацию, победить в войне с «Газпромом», пройти отопительный сезон, и где-то один процент занят «зеленой трансформацией».
Но за десять лет этот процент изменится примерно сорок на шестьдесят. Это не мы придумали, этим занимаются абсолютно все нефтегазовые гиганты мира.
Влияние России на водородные проекты ЕС
Не надо забывать и о лобби страны-агрессора. Россия несколько месяцев назад также приняла водородную стратегию, а теперь приходит в ЕС и говорит: «Ой, ребята, я ведь также могу производить и поставлять вам любой водород».
Причем они взяли на вооружение климатические аргументы, понимая, что те важны для ЕС, и предлагают не только поставки водорода, но и превращение «серого» в «голубой». Для этого в РФ предлагают свой «Северный поток».
Россияне говорят: у нас есть Nord Stream, по нему мы можем закачать ваш углекислый газ и захоронить его в тундре, в старые газовые месторождения. Россия чувствует, что это тренд ЕС, и работает в нем. Их присутствие надо учитывать. Хотя пусть лучше со своими метановыми выбросами сначала разберутся.
Что лучше — водород или метан?
Условно говоря, килограмм водорода лучше килограмма метана. Он более энергоемкий, при сжигании дает больше тепла. Однако его плотность намного меньше, чем метана или природного газа. Поэтому кубометр водорода отдаст меньше энергии, чем кубометр метана при условии одинакового давления. Также водород гораздо более взрывоопасен, это накладывает кучу ограничений для бытового использования.
Но есть также финансовые стимулы идти в водород. Для обновления тех же ТЭЦ нам нужны инвестиции. А инвестиции сейчас идут только в «зеленые» вещи. Поэтому если мы хотим реконструировать наши ТЭЦ, которые обеспечивают теплом регионы, то реконструкция должна быть либо с биотехнологиями, либо с водородом. То есть нас даже финансово в это толкают.
Мы сейчас находимся за столом переговоров. Сейчас пока знак вопроса — у нас открыты все возможности. Одновременно Россия играет свою игру — делает искусственный кризис с углем, газом, толкает всех к тому, чтобы мы потребляли больше газа, забирали его из подземок. И это делает зеленую тематику еще более важной.
Это непростая игра. Мы можем как выиграть, так и проиграть, но мы должны не оставаться в стороне от этого процесса. Потому что в нынешних условиях ты будешь либо за столом, либо на столе, в виде меню. Над этим думают все игроки.
Shell решил переехать из Нидерландов в Великобританию, меняет налоговую юрисдикцию из-за планов декарбонизации. Total, огромная французская компания, переименовалась в Total Energies. Они были бизнесом нефти и газа, а теперь в приоритетах и солнце, и ветер, и водород.
И если мы сейчас не поймем этот тренд, то будем в меню. Пока у нас есть возможность быть за столом.
Наверх