+1.86%
88.71
+0.76%
79.2443
+0.64%
89.4787
-0.12%
1.1292
-0.98%
1829.95

ЕП: Украина поссорилась с Польшей. Вот почему

7 января, 00:30
72
Украинские активисты блокируют движение российских фур во Львовской области
Украина готовится впервые в своей истории оспорить действия Евросоюза в арбитраже, созданном в соответствии с Соглашением об ассоциации. Причиной обращения являются действия Польши, которая, по мнению официального Киева, дискриминирует украинских экспортеров.
О возможности такого иска украинские чиновники заявляли, начиная с 2019 года, однако, до последнего предпочитали решить проблемные вопросы в двустороннем диалоге. Почему же теперь Киев решил вынести вопрос на уровень ЕС? Каковы наши шансы на победу? И не несет ли это дополнительные политические риски для Киева? Попробуем разобраться.
Торги вокруг квоты
«На саммите Украина — ЕС президент Зеленский официально обратился к Европейской комиссии, чтобы они стали фасилитаторами (гарантами успешного решения процесса — прим. ИноСМИ) нашего спора с Польшей. Однако, если прогресса здесь не будет, мы готовы уже в январе обратиться в арбитраж, как прописано в Соглашении об ассоциации. Соответствующие документы и расчеты нами уже собраны», — заявила во вторник двадцать первого декабря вице-премьер по вопросам европейской и евроатлантической интеграции Ольга Стефанишина.
Спор, о котором идет речь — уменьшение квоты на осуществление грузовых перевозок, выданной Польшей. Эта квота регулируется двусторонним соглашением, регламентирующим ее на уровне двести тысяч универсальных разрешений, а также прописывается возможность по соглашению сторон увеличить квоту еще на шестьдесят тысяч разрешений. Такие объемы полностью соответствовали потребностям Украины.
До 2018 года проблем с выполнением этого соглашения не было. Однако в сентябре 2018 года Варшава заявила о сокращении квоты до ста тридцати тысяч разрешений, что Киев не устраивало. «Нам удалось увеличить размер выдачи квот до ста шестидесяти тысяч, однако мы никогда не соглашались на уменьшение квоты и всегда поднимали вопрос о возвращении к прописанным двухсот тысячам», — рассказывает Виктор Довгань, который в 2016-2019 годах занимал пост заместителя главы Мининфраструктуры по вопросам европейской интеграции.
По его словам, польская сторона неоднократно, в том числе — под протокол, соглашалась вернуться к прописанной квоте, однако выдвигала для этого дополнительные требования. «Анджей Адамчик (министр инфраструктуры Польши) постоянно озвучивал все новые требования, при условии выполнения которых Польша согласится вернуться к прописанной квоте. Сначала это было расширение пропускной способности КПП "Краковец", затем дополнительные слоты для авиакомпании LOT, потом еще что-то», — рассказывает Довгань.
Аргументом для Варшавы была также коррупция в распределении разрешений на перевозки среди украинских компаний. Это давало возможность польским чиновникам утверждать, что реальная потребность украинских перевозчиков в разрешениях существенно ниже.
О возможности переноса дела в международный арбитраж украинские чиновники заявляли еще с 2019 года. «Я большой поклонник принципа, если проблему можно решить на двустороннем уровне, то так и надо делать — но не тогда, когда дискуссия заходит в тупик. В диалоге с Варшавой в этом вопросе довольно длительное время прогресса не было. Возможно, еще какую-то дискуссию можно провести на двустороннем уровне, но, если она окажется снова без результата, будем передавать ее на общеевропейский уровень», — заявлял в сентябре 2019 года в интервью «Европравде» новоназначенный торговый представитель Украины Тарас Качка.
Впрочем, долгое время Киев избегал этого шага. Не в последнюю очередь из-за того, что до сих пор Варшава шла на незначительные уступки Киеву, соглашаясь во второй половине года выдать дополнительные разрешения на перевозку вне квоты.
Это не решало проблемы — согласно результатам исследования Немецко-украинской торгово-промышленной палаты, дефицит разрешений в 2020 году привел к недополучению украинскими экспортерами около пятьсот миллионов евро. Дополнительные разрешения хоть как-то позволяли «смягчать» проблему. Но в этом году все изменилось.
Без шансов на диалог с Варшавой
«В этом году мы впервые не получили от Польши никакого дополнительного разрешения, и это в ситуации, когда по состоянию на сентябрь у нас осталось лишь около семи тысяч неиспользованных разрешений, а в октябре квота была исчерпана полностью», — рассказывает заместитель министра инфраструктуры Мустафа-Маси Наем.
При этом, на экономическом форуме, состоявшемся в сентябре в польском Карпаче вопрос разрешений на перевозку был предметом обсуждения премьеров обеих стран, и глава польского правительства Матеуш Моравецкий дал обещание разобраться в проблеме.
Впрочем, по словам Мустафы-Маси Наема, в реальности ситуация лишь усугубилась. Польская сторона сначала избегала диалога с украинцами, а потом вообще выдвинула ультиматум: никаких переговоров о квотах не будет до разблокирования Украиной важного для польского экспорта железнодорожного пути, закрытого на ремонт.
«Если прошлогодние убытки Украины были оценены в пятьсот миллионов евро, то в этом году они будут гораздо больше, возможно, где-то на уровне одного миллиарда евро», — добавляет Наем.
Он констатирует, что аргумент Варшавы о коррупционном распределении польских разрешений больше не актуален — с появлением электронного обращения выдачи разрешений этот вопрос уже закрыт. В такой ситуации у украинской стороны уже нет другого выбора, как переносить вопрос с двустороннего уровня на уровень ЕС.
Несмотря на то, что выдача разрешений регламентирована двусторонним украино-польским соглашением, к которому Еврокомиссия не имеет отношения, в правительстве убеждают: проблема вышла далеко за пределы отношений Киева и Варшавы.
По словам Ольги Стефанишиной, нынешняя позиция Польши является «дискриминационной по отношению к Украине и не соответствует нормам Соглашения об ассоциации». Она отмечает, что нехватка разрешений на перевозку «становится проблемой в наших торговых отношениях, тормозя развитие нашего экспорта, а также сдерживает те иностранные компании, которые предпочли бы перенести свое производство на Украину».
Украинская сторона ссылается на ст. 136 Соглашения об ассоциации, согласно которой «стороны не вводят условий взаимного доступа на рынок, которые являются более ограничительными, по сравнению с ситуацией, сложившейся на дату, предшествующую вступления в силу настоящего Соглашения».
А соответственно, уверены в Киеве, если на момент вступления в силу СА Украина получала от Польши двести тысяч разрешений, то уменьшение этой квоты является нарушением буквы и духа Соглашения об ассоциации.
«Кроме того, не следует забывать, что эти разрешения — это не только вопрос торговли между Украиной и Польшей. По этим разрешениям украинские перевозчики едут дальше — в Германию, Францию, Нидерланды, Великобританию… Уменьшение квот бьет по нашей торговле с этими странами, и от действий Польши страдают не только украинские, но и крупные мультинациональные компании», — добавляет Мустафа-Маси Наем.
Шансы на победу есть, но…
Как будет происходить арбитраж и каковы шансы Украины на успех?
Партнер и руководитель практики международной торговли юридической фирмы «Ильяшев и партнеры» Елена Омельченко отмечает, что перенос диалога на уровень Украина — ЕС действительно для Киева выглядит перспективно.
«Выдачу разрешений регламентирует двустороннее соглашение, опираясь на которое, мы никак не можем обжаловать действия Польши. Зато если мы переносим вопрос в формат дискриминации украинского экспорта, такие шансы появляются», — рассказала она.
Именно этой логикой и объясняется обращение Киева в Еврокомиссию. «Еврокомиссия может заявить, что этот вопрос должен остаться на уровне двусторонних переговоров Украины и Польши, может ответить, что не имеет полномочий заставить Варшаву вернуться к прописанной квоте. Однако нам необходим любой официальный ответ Еврокомиссии по этому вопросу — он даст нам возможность требовать создания арбитража, чтобы обжаловать это решение. Соответственно, арбитраж уже будет не нашим спором с Польшей, а с ЕС», — объясняет юрист.
При этом она уточняет: предварительные консультации с ЕС могут затянуться, а потому планы правительства уже в январе требовать созыва арбитража выглядят слишком оптимистичными.
Елена Омельченко добавляет: несмотря на то, что Украина имеет шансы на победу в таком арбитраже, ей нужно быть готовой и к политическому давлению — в ЕС явно будут не в восторге от этих требований, ведь в случае победы Киева в арбитраже Брюсселю надо будет искать механизмы, как заставить Варшаву выполнить это решение.
Именно поэтому Киеву уже сейчас надо быть готовым к политическому давлению, целью которого является возвращение к рассмотрению этой проблемы в диалоге только с Варшавой.
И это не все возможные проблемы. Вполне вероятно, что при таком сценарии Варшава может ответить резким уменьшением активности в поддержке Украины. Более того, возможно даже снижение поддержки Польши в вопросах безопасности — там, где вовлеченность Варшавы была последовательно высокой даже в моменты споров между нашими странами.
Наконец, решившись на арбитраж, Киев должен решить еще одну проблему.
Дело в том, что Украина не выполнила решение предыдущего арбитража с ЕС в деле моратория на экспорт леса-кругляка (а по последним данным, и не собирается его выполнять). Этот вопрос наверняка задаст Брюссель, и он будет работать явно не в нашу пользу.
Для принятия окончательного решения украинскому правительству стоит проанализировать все эти факторы, чтобы минимизировать их негативное влияние. Только при таком сценарии Киев может рассчитывать на победу в арбитраже с ЕС.
Наверх