+0.72%
73.72
+0.41%
73.1163
+0.71%
86.9572
+0.30%
1.1893
+1.10%
1783.70

MDR: российская экономика не такая отсталая, как многие думают

7 мая, 17:20
148
Работы по сборке автомобилей «Лада Калина» на заводе ОАО «АвтоВАЗ» в Тольятти
Россия страдает от тяжелого экономического кризиса. Рубль сильно упал в цене, продолжают действовать санкции ЕС и США, введенные из-за аннексии Крыма еще семь лет назад. Как это отражается на торговле Германии с такой огромной страной, как Россия? И что означает для такой экспортной державы, как Германия? В 2020 году в Германии были проблемы даже с туалетной бумагой.
Мы обсудили эти темы в Москве с Геритом Шульце (Gerit Schulze), главой российского представительства германского Агентства по внешнеэкономической деятельности (GTAI).
MDR: Господин Шульце, для ГДР Советский Союз был торговым партнером номер один. Как выглядит торговля Германии с Россией сегодня?
Герит Шульце: В 2020 году Россия была для Германии торговым партнером номер 14. У нас почти со всеми соседними странами больший объем торговли, чем с Россией. Коронавирусный кризис еще более усугубил негативную ситуацию с товарообменом. В последний год его объем составил 45 миллиардов евро. Это на четверть меньше, чем в год до пандемии, и самый низкий уровень за последние десять лет.
— Причина только в коронавирусе и в санкциях?
— Санкции, конечно, играют свою роль, но негативное воздействие оказывает и общая экономическая обстановка в России. Например, сказываются цены на сырьевые ресурсы, на главный экспортный продукт России. Экспорт из Германии в Россию в 2020 году пострадал в меньшей степени, чем российский импорт в Германию. Прежде всего это объясняется сильно упавшими ценами на нефть и газ.
— Сырье — все еще главная часть российского экспорта?
— Да, Россия действительно поставляет в Германию преимущественно сырье. Согласно статистике, половина товарооборота приходится на минеральное сырье, такое как нефть, газ и все еще уголь.
К ним добавляются и другие сырьевые товары — алмазы, золото, железо, медь и алюминий. Лишь за ними следуют обработанные продукты, например, бумажные изделия. Так, например, в 2020 году российские поставщики помогли немецким супермаркетам поставками туалетной бумаги. Россия продолжает экспортировать сельскохозяйственные химикаты, а также каучук и пластмассы. Но в целом это продукты с небольшой добавленной стоимостью.
— А что поставляет Германия в Россию?
— Немецкий экспорт в Россию покрывает весь спектр нашей промышленности. В первую очередь это станки, производственное оборудование и автомобили. Спектр очень велик. Это и упаковочные машины, и сельхозтехника, и станки, а также большие производственные линии для российской сырьевой промышленности и, как уже сказано, автомобили.
Автомашины класса «премиум» по-прежнему очень популярны в России. Российский автомобильный рынок за последний год в целом сильно просел, но немецкие производители сохранили свои позиции. Помимо машин и оборудования, продолжают пользоваться большим спросом немецкие химические изделия. В первую очередь это лекарства, продукты тонких химических технологий, смазочные материалы, чистящие средства, а также косметика и продовольственные товары.
— Но ведь санкции коснулись в значительной мере и аграрного сектора?
— Российское (!) продовольственное эмбарго распространяется на мясо, молоко и молочные продукты, а также фрукты и овощи из ЕС и Северной Америки. Тем не менее Германия продолжает поставлять в Россию продукты питания в большом объеме, прежде всего кондитерские товары, не попадающие под эмбарго, а также какао и кофе, вкусовые добавки и напитки. Немецкое пиво по-прежнему продается в российских супермаркетах и пользуется большим спросом.
К другим группам товаров, поставляемых Германией, можно отнести оптические приборы, медицинскую технику, мебель и стройматериалы.
— Как отразились санкции на немецких экспортерах?
— Как правило, санкции не предусматривают прямых запретов на поставки товаров. Исключение составляют товары, используемые при разработке залежей нефти на морском дне, в Арктике и при добыче сланцевой нефти. Запрет распространяется также на изделия, которые могут использоваться как в гражданских, так и военных целях.
Санкции ЕС и США работают скорее опосредованно, например, когда банки действуют более осторожно, если речь идет о проектах или финансировании экспортных сделок. Экспертизы длятся теперь намного дольше. Это относится в первую очередь к товарам, подпадающим под категорию «изделия двойного назначения», то есть к тем, которые могут быть использованы и в военных целях. Многие проекты откладываются или вообще не одобряются, потому что неизвестно, как будут обстоять дела с санкциями и какие отрасли в будущем могут под них подпасть.
— Как отразились санкции на рубле?
— Действительно, девальвация рубля — это проблема. Например, в 2012 году в Россию была поставлена машина стоимость в один миллион евро, тогда она стоила в пересчете 40 миллионов рублей. Теперь же за нее придется заплатить 90 миллионов. Это означает, что цена машина в национальной валюте удвоилась. И становится труднее продавать немецкие продукты на российском рынке.
Еще один побочный эффект санкций — падение цен на нефть и газ, что сильно осложняет экономические связи. Когда цены на нефть и газа были высокими, на высоком уровне находился и немецкий экспорт в Россию. Когда же цены упали, снизился и экспорт.
— Это объясняется тем, что экспортом оплачивается импорт?
— Именно. Когда экспортируется много сырья, то у России больше денег в государственной казне, и она может их тратить. Компании имеют более высокую прибыль и могут больше инвестировать и покупать немецкие машины. Таким образом, цены на нефть и газ оказывают прямое воздействие на экономику, потому что эти два продукта — самые важные экспортные товары Российской Федерации.
— А как обстоят дела с экспортом потребительских товаров или обработанных продуктов из России в Германию? В свое время в ГДР был популярен автомобиль «Лада», казалось, что в СССР есть хорошо работающий автомобильный сектор. Сейчас же, похоже, российская экономика мало что может предложить конечному потребителю в Германии. Действительно ли российская экономика такая отсталая?
— Я бы так не сказал. Инвестиции прошлых лет предназначались для обслуживания российского рынка. В начале 2000-х годов мы имели сильно растущий рынок с показателями роста ВВП от 5 до 6% в год. Реальные доходы населения росли каждый год на 10%, то есть наблюдалась хорошая динамика. В России и сейчас есть большие автомобилестроительные заводы, в том числе и зарубежных производителей, таких как «Фольксваген», «Форд», корейские компании. У «Рено» — большой завод в Москве. То есть в России производятся и западные автомашины.
При этом сначала не было никакой потребности в их экспорте, потому что нужно было обслуживать растущий внутренний рынок. Теперь же ситуация иная. Автомобильный рынок сжимается, и сейчас у этих заводов наблюдается перепроизводство, в связи с чем часть произведенных в России автомашин экспортируются в Европу. Но это не русские модели, то есть не «Лады», а, как правило, модели западных производителей, таких как «Фольксваген» или «Шкода».
То же самое относится к производителям деталей для автомобильной промышленности. Эти фирмы создали тут большие производственные мощности, и рынок сейчас не вмещает всех их продуктов. Поэтому часть из них также экспортируются в Европу.
— Сейчас ведутся дискуссии о «Северном потоке — 2» и возможном прекращении его строительства. Из-за Навального требуют ввести еще более серьезные санкции против России. Как подобные дискуссии отражаются на экономических связях?
— В любом случае наблюдается неуверенность инвесторов, так как всегда могут возникнуть угрозы новых санкций. Потому инвесторы ведут себя сдержанно. В прошлом году впервые после 2014 года мы отметили отрицательную динамику в прямых немецких инвестициях в России. То есть немецкие компании вывели из России больше денег, чем инвестировали туда.
По данным Бундесбанка, из России было выведено 380 миллионов евро. Это означает, что инвесторы ведут себя крайне сдержанно. В данный момент практически нет новых проектов иностранных компаний в России.
Но у фирм, которые уже здесь, ситуация иная. Немецкие компании в стране о целом довольны тем, как развивается их бизнес в России. Они продолжают инвестировать в свои производства, строят новые логистические комплексы, торговые концерны идут в регионы и строят там новые супермаркеты. У этих фирм мы видим экспансию. Но новые компании в страну практически не приходят. Они боятся возможных новых санкционных мер, таящих в себе определенные риски для будущего бизнеса.
— Все время утверждается, будто из-за импорта нефти и газа Германия зависит от России. Вы разделяете эту оценку?
— Определенная зависимость существует. Германия покрывает более половины своей потребности в газе в размере 90 миллиардов кубических метров из России. По четверти этого количества поставляют Нидерланды и Норвегия. Поэтому можно говорить об определенной зависимости. То же самое относится и к нефти, тут импорт из России покрывает треть потребности.
65% необходимого титана «Эйрбас» получает из России. Это значит, что авиастроительная промышленность и в Германии нуждается в русском титане. В будущем зависимость может возрасти и в других сферах, например, в поставках редкоземельных металлов и лития для производства аккумуляторов, которое сейчас бурно развивается в Германии. И тут Россия хочет занять позиции поставщика.
Конечно, это всегда улица с двусторонним движением, потому что и Россия зависит от поставок из Германии.
Например, в том, что касается лекарств, страна больше чем на половину зависит от зарубежных поставок, если исходить из общей стоимости медикаментов. И тут Германия — самый важный поставщик с большим отрывом. То есть существует и обратная зависимость. Такая же ситуация в России и с оборудованием для больших проектов по производству сжиженного газа, где страна зависит от зарубежных производителей оборудования. Или взять нефтеперерабатывающую промышленность, в которую Россия вкладывает большие деньги, чтобы перерабатывать больше сырья и создавать продукты с большей добавочной стоимостью. И тут немецкие производители машин и оборудования делают хороший бизнес. То есть и и в этой сфере есть определенная зависимость.
Российской фармацевтике приходится закупать много активных веществ за рубежом. В пищевой промышленности Германия относится к ведущим поставщикам усилителей вкуса и консервантов. Или возьмем мебельную промышленность, нуждающуюся в определенных пигментах и красках для обработки дерева. Иными словами, существуют множественные взаимосвязи. При этом зависимость Германии от России не больше, чем от других стран.
Наверх