+0.71%
60.78
-0.12%
66.3414
+0.26%
75.4282
+0.38%
1.1370
+0.18%
1226.03

Технологии оптом: кто может решить проблемы венчурного рынка России

23 ноября, 20:20
49
Европейский опыт подсказывает, кто поможет справиться с трудностями отечественных стартапов
В октябре 2018 года РВК и PWC опубликовали отчет о развитии венчурного рынка в России. Представитель РВК отметил новый вызов для индустрии: дефицит капитала, инвестируемого в высокотехнологичные компании на сделках объемом от €5 млн до €15 млн. Похожая ситуация наблюдается в Европе — дефицит фондов, способных выписать чек от €20 млн. Однако в ЕС нашли решение этой проблемы. Возможно, этот опыт будет полезен и для России.
Средний размер европейского венчурного фонда — €150 млн. Такой фонд объединяет капитал 10-20 инвесторов. Обычно это семейные офисы, частные лица, корпорации, государственные фонды и частные фонды фондов.
Фонд фондов (FoF, или Fund of Funds) инвестирует капитал не напрямую в стартапы, а в венчурные фонды. Как пример, норвежская управляющая компания Argentum, которая инвестировала в 129 фондов, из которых каждый третий фонд в портфеле — венчурный.
Частные FoF — это тот класс инвесторов, который до сих пор не сформирован в России, но он появится в ближайшие 2-3 года, если повторится трек развития европейского венчурного рынка. Российский венчур во многом следует по стопам европейского, например, европейские корпорации так же начинали три года назад с акселераторов и хакатонов, как и многие их российские коллеги сегодня.
В апреле 2018 года было объявлено, что европейский венчурный институт развития — Европейский инвестиционный фонд — стал решать проблему дефицита капитала на поздних стадиях именно через стимулирование рынка частных FoF.

Государственные деньги частным инвесторам

Европейский инвестиционный фонд (EIF) отвечает в ЕС за развитие венчурного рынка. На сегодня EIF уже предоставил капитал более 500 европейским венчурным фондам, которые, в свою очередь, уже выбирают наиболее перспективные стартапы для финансирования.
EIF не единственный подобный институт в Европе, есть немецкий KFW, который уже вложил в венчурные фонды более €265 млн и со следующего года будет вкладывать €200 млн ежегодно. Аналог KFW в России — Внешэкономбанк — пока в венчурные фонды серийно не инвестирует. При этом надо отметить, что фонды поздней стадии уже не несут тех рисков, которые характерны для посевных венчурных фондов.
В апреле 2018 года EIF запустил программу VentureEU по стимулированию рынка частных FoF. Новая инициатива предусматривает выделение €410 млн шести частным фондам фондов, которые, в свою очередь, обязуются привлечь частный капитал объемом порядка €2,1 млрд.
EIF планирует, что VentureEU позволит профинансировать более 1500 технологических компаний. Еще одна цель — как раз решить проблему дефицита инвестиций на поздних стадиях, которые будут профинансированы за счет средств программы. VentureEU позволит европейским технологическим компаниям привлекать инвестиции на всем своем жизненном цикле, оставаясь в Европе и используя европейские инвестиционные структуры.
Инициатива EIF стимулирует появление частных фондов фондов, которые станут удобными инструментами для вложения крупного частного капитала с чеком €50-100 млн.
Венчурный фонд фондов — это возможность для частного инвестора заработать на быстро растущем технологическом рынке, при этом не нужно нести риски бизнес-ангела — профессиональный фонд отбирает стартапы сам, а несколько таких фондов в портфеле позволяют снизить риски за счет диверсификации по стадиям, географиям и технологическим секторам.
Частным фондам фондов в России пока только предстоит сформироваться. Сейчас таких инвесторов почти нет — мне известны всего единицы семейных офисов, инвестирующих в венчурные фонды серийно и регулярно.

Частные фонды фондов

Интересно посмотреть, кому же VentureEU выделил капитал. Это шесть управляющих компаний с штаб-квартирами в Эдинбурге, Мадриде, Лондоне, Лихтенштейне, Женеве и Цюрихе. Например, Adveq, основанная в Цюрихе в 1997 году и поглощённая британской компанией Schroders, на сегодня управляет капиталом в $ \8,6 млрд.
Есть и другие игроки, которые начали инвестировать в венчурные фонды даже раньше, например, голландский AlpInvest, входящий в группу Carlyle, инвестировавший в таких лидеров венчурных инвестиций, как Index Ventures и Northzone Ventures, на счету которых инвестиции в 22 европейских «единорога» («единорог» — стартап, превысивший оценку в $1 млрд), которые включают известные в России Avito и Revolut.
Управляющих компаний, которые занимаются только венчурными инвестициями в режиме FoF, пока не так много. Пример доходности показывают Cendana Capital и Industry Ventures, имеющие серию венчурных FoF с доходностью 30% годовых, а также 47% и 60% в то время, как медианная доходность невенчурных FoF, согласно Pitchbook, составляет 10% в год.
Среди первопроходцев можно назвать американские TopTier Capital, Cendana Capital и Sapphire Ventures, каждая из которых проинвестировала в десятки венчурных фондов. Например, Sapphire только в 2017 году инвестировала в 12 венчурных фондов. В Европе же таких управляющих компаний пока мало, мне известно только два игрока, которые первыми запускают европейский фонд фондов, ориентированный 100% на венчур.

Мы здесь надолго

Фонды фондов имеют стратегии с длинным горизонтом — 10-12 лет. При этом FoF имеет свою положительную специфику. Помимо диверсификации, FoF получает доступ к инфраструктуре, связям и неформальной сети контактов своих фондов, которые могут быть разбросаны по нескольким странам. Венчурные фонды работают как think tanks, очень разборчивы в найме своих команд, и нельзя недооценить ценность доступа к экспертизе десятка венчурных фондов.
Это хороший метод комплексно заглянуть в будущее рынков и технологий, а также получить трансфер компетенций, которые венчурные фонды нарабатывают годами. Также FoF, состоящий из венчурных фондов, часто даёт доступ к лучшим сделкам за счёт того, что проинвестированные венчурные фонды имеют суммарный портфель размером в несколько сотен компаний.

Правила игры для российского капитала

Российские инвесторы часто просят венчурных управляющих сократить сроки работы фонда, например разместить капитал и выйти из портфеля за 5 лет, а не за 7. Если вы придете к европейскому LP (LP — инвестор в венчурный фонд) с проектом фонда, запланированным на 5 лет, вас сочтут некомпетентным. Основная доходность делается на шестой-восьмой год, и инвесторы это знают, а часто и просят продлить срок, когда видят, что лучшая компания портфеля продолжает расти высокими темпами и выход нужно делать позже.
Так же, как венчурный инвестор ищет новый Facebook себе в портфель, LP пытается распознать, какой фонд станет следующим Accel V или USV I, показавшим доходность на инвестиции 188% и 67% годовых и умножившим капитал своих инвесторов в 19 и 13 раз соответственно.
Частные фонды фондов — один из недостающих элементов развития российского венчурного рынка. Сейчас на этот рынок претендуют корпорации и семейные офисы. Да, это новый подход, и пока мы видим дистанцию между европейским и российским институциональным развитием венчурного рынка, но это расстояние ближе, чем кажется.
Наверх